ak747 (ak747) wrote,
ak747
ak747

Иракский Курдистан при демократии: распил и откат

17 февраля 2011 года в центре второго по величине города Иракского Курдистана Сулеймания (столица зоны влияния Джаляля Талабани) толпа молодёжи собралась на митинг с требованием покончить с безработицей и коррупцией. Полицейские открыли огонь, когда толпа предприняла попытку взять штурмом здание местного правительства. Два человека убито, около сорока ранено. Вслед за этим были разгромлено семь офисов оппозиционной курдской партии Горан в городах Эрбиль и Дохук (зона влияния Масуда Барзани). Население Курдистана в шоке. Американцы чувствуют, как у них окончательно уходит почва под ногами в этом регионе.

Западные СМИ не знают, как преподнести эту очередную начинающуюся «цветную революцию», и отделываются лишь скупым упоминанием о событиях. Российские СМИ вообще пользуются только перепечатками с сайта ВВС. Но я ездил по всему Курдистану, так что ситуацию знаю не понаслышке.

Как в чужой стране, языком которой вы можете не владеть, сразу и безошибочно определить, хорошо ли она управляется? Довольны ли люди? Есть ли коррупция и кумовщина?

Нет ничего проще. Посмотрите хотя бы проездом, из окна автобуса на тамошние села: убирается ли там мусор, асфальтированы ли там дороги, ухожены ли поля и дома? Посмотрите на детей: ходят ли они в школу или торгуют с лотка жвачкой?

Я читал в солидном западном издании, что обе зоны якобы хорошо управляются, вроде как бы конкуренция обязывает, но после пребывания в регионе у меня сложилась совершенно другая картина. Иракский Курдистан управляется плохо, и это ясно видно со стороны.


Начну с того, что сегодня в Ираке никто толком не понимает, где кончается арабский Ирак, и где начинается Иракский Курдистан. Большой промышленный город Киркук - это Ирак или Курдистан? А восточные пригороды Мосула, по ту сторону реки Тигр? Проживая в Мосуле, я множество раз проходил через мосты над рекой и бывал в обеих частях этого города. Я люблю задавать подобные вопросы курдам из самых разных слоёв общества, и они только смущённо кряхтят в ответ.

Автономное образование, именуемое Иракским Курдистаном, в действительности состоит из двух квазигосударств или, если угодно, зон контроля двух курдских лидеров, Масуда Барзани и Джаляла Талабани, со столицами, соответственно, в Эрбиле и Сулеймании. Выйдя из-под влияния Саддама в начале 90-х, оба лидера долго воевали и враждовали между собой, но затем, под сильным нажимом американцев, вроде как бы помирились. Хотя сегодня существует единый парламент Курдистана, но каждая зона имеет свой набор министерств и силовых структур, в своё время не удалось даже согласовать вопрос о единой для всей автономии компании мобильной связи. В соответствии с негласной договорённостью между обоими лидерами, они не вмешиваются во внутренние дела чужой зоны контроля.

Когда подъезжаешь к населённым пунктам Иракского Курдистана ночью, то задолго до них видишь яркое зарево, море огней. Та же картина и на бензозаправочных станциях на трассе – всё освещено ярчайшим образом, такого моря света я не видел даже в Западной Европе. Вроде как мальчишки забавляются – у кого лампочек больше и где они ярче. Невольно возникает вопрос: платят ли потребители по счётчику? Внимательно присмотревшись днём к паутине проводов, подсоединённых местными умельцами самым халтурным образом к лавочкам, ларькам и домам, начинаешь понимать: не платят, и платить не могут, так как проконтролировать всю эту дикую халтуру просто невозможно.

В Багдаде электричество подают всего несколько часов в день, зачастую вполнакала, и арабское население страны задаёт вопрос: как понимать, что Курдистан выбирает всю электроэнергию Ирака и бессмысленно её транжирит, оставляя арабскую часть страны без тока?

Ещё в девяностых годах Саддама обязали выделять курдской автономии соответствующую долю от нефтяных доходов, а после оккупации Ирака на неё обрушился настоящий «золотой дождь». Однако создаётся впечатление, что средства расходуются неправильно: не в коня корм. Строятся новые многорядные дороги и развязки, по которым мало кто ездит. В Эрбиле и Сулеймании, обоих столичных городах Курдистана, строят всё новые и новые пустующие пятизвёздочные отели. Но почему в самом центре Эрбиля из прорванных канализационных труб прямо на тротуар подтекает зловонная жижа? Почему, особенно на окраинах и в провинции, не убираются смердящие кучи мусора?

Разница между обеими зонами контроля заметна. В зоне влияния Масуда Барзани, который формально считается президентом всего Курдистана, везде в учреждениях висят его портреты, должностные лица часто ходят в традиционной одежде, беря пример со своего лидера. В Сулеймании придворных портретов Талабани вешать не принято, он позиционирует себя лидером левого толка и не допускает своего «культа личности». Талабани носит строгие костюмы с галстуком и ориентируется на создание «прогрессивного» государственного образования. Чисто визуально, улицы в Сулеймании выглядит несколько чище Эрбиля, и чувствуется немного больше порядка. Вместе с тем, Талабани, который сегодня занимает пост президента всего Ирака, особенно непримирим по отношению к сторонникам и соратникам покойного Саддама Хусейна.


Обе зоны влияния имеют свои телевизионные каналы, причём достаточно профессиональные. Много национальных песен, зачастую адаптированных под аккомпанемент симфонических оркестров, нет вульгарных шоу с извивающимися девками, столь характерных для турецкого телевидения. Хорошие фильмы, дублированные на курдский язык, как документальные, так и художественные: я как-то видел даже старый советский фильм.

Когда регулярно смотришь курдские телеканалы, то резко бросается в глаза контраст с реальной жизнью региона. Например, по телевидению почти никогда не показывают отсталых женщин в чёрных платках и платьев, но на улицах эта средневековая экзотика на каждом шагу. Телевидение явно даёт понять: власти Курдистана взяли курс на модернизацию и снижения влияния ислама.

В обеих зонах контроля декларируется вроде как бы плюрализм, существуют хорошие отношения с Компартией Курдистана, которая является составной частью Компартии Ирака, а также и с некоторыми другими левыми организациями, но совершенно иная мерка применяется по отношению к исламским партиям. Подавление исламской оппозиции принимает исключительно свирепые формы. Я слышал рассказы про то, как силовики из курдской госбезопасности хвали мулл за бороды, пресекая так называемый «исламский протест», и бросали их в тюрьмы.

Мне приходилось много раз сталкиваться с курдскими «силовиками» - «пешмерга». Они имеют грозный вид и обвешаны оружием. Их количество слишком велико для Курдистана, где почти отсутствуют пресловутые «террористы Аль-Кайды», даже с учётом того, что пешмерга контролирует не только иракский Курдистан, но и прилегающие к нему автотрассы и территории. В небольшом отеле города Сулеймании у меня было конфликтная ситуация с хозяином, и я видел, как он затрясся при одном только упоминании о вмешательстве полиции.

Халабджа. Все слышали про этот небольшой город на границе с Ираном, который часто упоминается в связи с обвинениями против Саддама о применении газов против курдского населения 18 марта 1988 года. Хочу привести арабскую версию событий, которая никогда не озвучивается западными и российскими СМИ:

В этот день Иран, в рамках своего наступления на приграничном участке, нанёс удар по приграничному иракскому городку Халабджа с применением имеющегося у него отравляющего вещества (хлористого циана), в расчёте нанести поражение располагающимся там частям иракской армии. Однако иракской армии в Халабдже не было, и под удар попало местное курдское население, не успевшее эвакуироваться вглубь страны. Иран признал свой просчёт перед наблюдателями ООН, но официальная иранская пропаганда свалила всё на Саддама. Через два дня иракцы подтянули резервы и выбили иранцев из региона Халабджы.

Ирак, действительно, применял отравляющие газы в этом сражении, но на других участках, а на вооружении иракской армии, как это хорошо известно, был только иприт (горчичный газ), отравляющее вещество совершенно другого класса. Производственных мощностей для производства хлористого циана в Ираке вообще не было.

Но вскоре начался конфликт, связанный с воссоединением Кувейта с Ираком, из-за чего американская пропаганда решила поддержать утверждения иранской пропаганды, и она даже придумала для иракского генерала Али Хасану аль Маджи кличку «химический Али».

Джалял Талабани, в 80-х годах воевавший против Саддама в курдских горах как лидер партизан, тоже поддержал эту версию событий и после прихода к власти дал распоряжение построить мемориал «газации курдов режимом Саддама Хусейна». Однако этот музей прекратил своё существование 16 марта 2006 года. В этот день собранная властями на 18-ю годовщину трагедии толпа из пяти тысяч курдов ворвалась в музей, уничтожила диораму «газации» и сожгла само здание, протестуя против беспредела:

Эксплуатируя этот эпизод, власти получают огромные средства со всего мира, но до нас они не доходят. Этот музей являлся в городе единственным зданием, построенным в Халабдже за полтора десятилетия курдской автономии.

При подавлении этого мятежа курдская полиция стреляла в толпу, один человек погиб, было много раненых. Курдская служба безопасности изъяла у корреспондентов кассеты с заснятым материалом.

Три года спустя музей так и не был восстановлен, и я столкнулся в Халабдже с ещё одной реалией тамошней жизни: во всём городе не имелось ни одного отеля, где я бы мог переночевать. По крайней мере, именно так авторитетно проинформировала меня полиция.

На фоне сильного недовольства населения обеими властными структурами, на выборах в парламент Ирака, состоявшихся 7 марта 2010 года, определённый успех получила новая курдская партия Горан (Перемены), которая, судя по заявлениям, стоит за демонстрацией в Сулеймании. Теперь терпимости традиционных курдских политических структур по отношению к Горан, похоже, пришёл конец.

Сегодня идут волнения и в городах арабской части Ирака. Похоже, и без того нестабильная ситуация в Ираке обещает ещё больше обостриться.

И ещё, специально для интернет-воздыхателей о «Великой России» Столыпина. Напомню, что Сулеймания, где прошли недавние беспорядки, принадлежала Османской империи. Во время Первой мировой войны, в ходе долгой кровавой бойни в горах Курдистана (семейные предания об этой чудовищной мясорубке до сих пор помнят наши русские старики) этот город был захвачен российской армией, которая рвалась оттуда для колониального захвата Багдада. Лично я не испытываю никакого сожаления по поводу того, что русским православным попам не удалось в результате революции понастроить в Сулемании и Багдаде роскошные православные храмы, устраивать там крёстные ходы и «огнём и мечом» переводить тамошних «нехристей» в православие. Пусть уж сами устраивают свою жизнь. как считают нужным.


Tags: Ирак, Саддам Хусейн, курды, свобода&демократия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments